March 3rd, 2012

щелк

(no subject)

Я не подпишусь под этим постом как минимум потому, что я не разглядел, в рамках какой концепции всего излагается эта точка зрения, но мне понравилась формулировка в одном месте. Как бы банальность, но если ее додумать дальше, из нее многое следует.

искусство стало «современным» в тот момент, как только превратилось в иллюстрацию определённой теоретической концепции – эстетика изображения стала вторичной по отношению к социально-политическому контексту; главное – высказывание, жест, действие и даже протест, причём, чем острее скандал и эпатажность, тем ярче и более значимо художественное произведение. Такая фундаментальная смена парадигмы, в конце концов, привела к тому, что артефакт, материальный носитель произведения полностью утратил художественную ценность, иметь его, смотреть на него теперь стало вовсе не обязательным – важно лишь осознание зрителем своей сопричастности к акту творца, художника, создателя произведения и понимание его смыслового кода, а о существовании объекта можно и позабыть, сразу же после его создания.

Про скандал и эпатажность - это ненужный пережим. И без того всё ясно. Искусство, которое еще по инерции держит за собой ярлык "контемпорари", очень быстро стало дискурсом о самом себе. В этом сегменте подлинные художники - это кураторы, а художники-"художники" - более или менее материал для их творчества. Это всеобщая фундаментальная тенденция вчерашнего дня. Я писал о филологии в частной переписке (где-то уже цитировал):

Современная филология (в части теории литературы по крайней мере) в сущности
занимается тем, что берет некий набор текстов и дополняет его еще одним,
таким образом, чтобы вместе они образовали единое целое. Реальности тут
нет вообще: создание этого текста - в чистом виде творчество (хотя и
весьма технологичное), подобное в некотором смысле созданию ключевого
сонета в венке сонетов. Филология - это место, куда сбежали жесткие
литературные формы, и затеяли там невероятно сложную и формальную игру в
бисер. Говорить об истинности подобного ключевого текста вообще
неуместно. Надо оценивать не его, а то целое, которое он связывает, и
критериями будут красота, убедительность и внутренняя
непротиворечивость.



Литературе еще повезло, а в современном искусстве в традиционном поединке книгопродавца с поэтом побеждает продавец, причем вчистую, на поле художника. Почему какой ужас? Вы-то сами выбираете кем и как вам быть. Кто тут был контемпорари мы еще посмотрим :)
щелк

По следам предыдущей записи

Я считаю Черный Квадрат Малевича и фонтан Дюшана великими произведениями искусства, но мне кажется, что все как-то недопонимают, чем это отличается от контемпорари. Это индивидуальные прорывы в понимании природы искусства. Они повысили ставки до того, что в "контемпопари" (в кавычках, потому что "молодая была не молода") либо ты должен совершить переворот в сознании единичным жестом, либо ты совсем никто, ничем не лучше того, кто попробовал позаниматься, а потом надоело.

А теперь самое главное: для того, чтобы совершить прорыв в понимании природы искусства, ты должен до этого заниматься им. Убедительных исключений, кажется, нет. И после этого - попытаться продолжить или постепенно замолчать навсегда. Практика в "контемпорари" невозможна - она ничего не даёт.